Во многих городах есть места, наряду с официальной главной улицей ставшие как бы визитной карточкой города: в Киеве - Владимирская горка, Москве - Арбат, Петербурге - Летний сад, в Одессе - Приморский бульвар, о котором, не убоясь каламбура, скажу, что э то больше Одесса, нежели сама Одесса. Когда-то тут высились стены турецкой крепости Хаджибей, взятой отрядом де-Рибаса, потом много лет в их поросших бурьяном руинах вечерами звенели цикады, а в 1821 году приступили к устроению бульвара.

В 1827 году по проекту Ф.Боффо здесь построили Воронцовский дворец, долго пребывавший символом эпохи: парадные залы, ласковые волны тепла от нарядных каминов, потрескивание свечей, пьянящий аромат зимнего сада и... очаровательная хозяйка - графиня Елисаве та Ксаверьевна в ореоле пушкинской любви.

По сути, весь бульвар являет собою парад символов, к примеру, Дворец моряков - еще один каменный "автограф" архитектора Боффо. Некогда здесь была резиденция командующего военным округом, что в сочетании с полосатой будкой у высоких "державных" дверей и бе ссменным часовым делало здание символом власти. А в 1877 году тут квартировал, болел и исцелился великий князь Николай Николаевич, в память чего городские власти в приступе верноподданнических чувств переименовали бульвар в Николаевский. Подробности со вр еменем забылись и название связывали уже с императором Николаем II. А в 1920-м новая власть нарекла бульвар именем революционера Фельдмана, на что одесситы "ответили" анекдотом о некоем приезжем, нанявшим у вокзала старого извозчика: "На бульвар Фельдмана ". "Куды?" - вопрошает извозчик, и пассажир, понизив голос, поясняет: "На Николаевский бульвар". "Тридцать лет ездию по Одессе, - недоумевает старик, - и не знал, что Николаю была фамилия Фельдман!"

Но местный фольклор уходил со старожилами, историю сочиняли сообразно вкусам власти, и лишь камень да бронза бульвара, который вновь именовался Приморским, хранили безмолвную память о былом: об "окаянных днях" 1919 года и Иване Бунине, с тоскою смотревше м отсюда на свободное синее море, о чудаковатом маэстро Давингофе, который в 1910-х годах виртуозно дирижировал здесь оркестром, восседая на белом коне, о летних гуляньях в XIX веке, когда допоздна светилась тут кондитерская господина Каруты и за вынесенн ыми на вольный воздух столиками баловались шоколадом легендарные одесские красавицы, любуясь фейерверком, то и дело вспыхивающим над знаменитой лестницей...

Ее вполне позволительно считать символом женственности Одессы, поелику кому еще, как не своенравной красавице, придет в голову обзавестись тем, без чего можно обойтись, но чего нет и, скорее всего, никогда не будет у соперниц? Дорог в порт всегда было пре достаточно, и утилитарного назначения лестница никогда не имела. Но она стала уникальной и по замыслу все того же Боффо достойно завершила строительство изумительного архитектурного ансамбля, начало которому было положено сооружением памятника герцогу Риш елье.

Уже без малого 170 лет он - свидетель истории города, оставившей на нем отметины в виде рваных осколочных ран, пулевых отверстий, выбоины от ядра с английского фрегата... Но грациозное творение скульптора И.Мартоса являет собою и символ интернационализма наших предков, которые, презрев чужестранное происхождение Ришелье, воздвигли сей монумент, можно сказать, в самом сердце Одессы, коей отдал он галантную любовь французского кавалера и энергию талантливого администратора, постоянно пребывая в заботах о ее благосостоянии и образовании, обретении вожделенного порто-франко и европейского облика, становлении цивилизованной торговли...

В 1834 году великолепным символом такой торговли стало построенное на почетном месте - в торце бульвара здание биржи с классической колоннадой коринфского ордера и застывшими перед ней беломраморными львом и львицей, коих мы уже не застали. Одновременно с биржей здесь разместилась городская дума и с тех пор пребывание в этом здании властных структур превратилось в традицию.

Здание биржи было первым элементом архитектурного ансамбля Биржевой, ныне Думской площади. Пятьдесят же пять лет спустя стараниями достопочтенного Г.Маразли и членов Славянского комитета появился тут памятник Пушкину - достойный символ литературной славы ссы, восходящих к великому поэту. И символом долголетия каждую весну принимает Пушкина под свою сень старый могучий платан, которого уже давно пора именовать "заслуженным платаном Одессы"...

Последней, в 1904 году, на Думской площади была поднята на постамент старинная пушка, ставшая убедительным символом гражданского единения и мужества одесситов, что чаще всего проявляется "во дни бед народных", как оно было в Крымскую войну 1854 года, когд а взошла звезда стремительного военного счастья прапорщика Щеголева.

Войны, годы и людское небрежение, как говорится, не обошли стороною бульвар: утрачены строгого классического рисунка решетка Воронцовского дворца и фуникулер - мечта моего детства, памятник Пушкину не шумит уж веерами фонтанных струй.

Но воссоздан давно исчезнувший горельеф на пьедестале памятника Ришелье, вместо "глухого" асфальта вновь легла на мостовую бульвара звонкая брусчатка и обрела первозданный облик гостиница "Лондонская" с ее изысканной формы фонарями у парадного подъезда, к оторые символами одесского гостеприимства светили когда-то А.И.Куприну, В.Маяковскому, К.Паустовскому, Игорю Северянину, Эльзе Триоле и самому Антону Павловичу Чехову...

А недавно установили тут сработанные в стиле ретро торшеры с шестигранными фонарями, желтоватым камнем вымощены аллеи, и плывет над бульваром щемящая душу мелодия городских курантов...

Этот перечень утрат и новаций можно продолжить, но важнее осознать, что за долгие годы на бульваре, как в живом организме, что-то неизбежно будет отмирать, а что-то возрождаться. И при этом самое главное - сохранить тот пленительный образ Приморского буль вара, который помнили наши матери и отцы, был, когда мы прибегали сюда на трепетные юношеские свидания, остался на страницах книг В.Бенедиктова, А.Грина, И. Ильфа и Е.Петрова, В.Катаева, И.Нечуй-Левицкого, А.Н.Островского и Исаака Бабеля." ...Я остался од ин и вдруг, с такой ясностью, какой никогда не испытывал до тех пор, увидел уходившие ввысь колонны думы, освещенную листву на бульваре, бронзовую голову Пушкина с неярким отблеском луны в ней, увидел в первый раз окружавшее меня таким, каким оно было на самом деле, - затихшим и невыразимо прекрасным".

Очень хочется верить, что все это таким и будет всегда, потому что Приморский бульвар - это символ нашей Одессы. И залогом тому "синеет море за бульваром"... И молодые мамы, оттачивающие эрудицию своих малышей: "Мишенька, покажи еще раз, где дядя Дюк!".

Ростислав АЛЕКСАНДРОВ