- Я тоже хочу быть графом Монте-Кристо, - мне сделалось немного обидно: Эдик Хачатрян вполне буднично, сдержанно (он вообще исключительно сдержанный человек) сформулировал такой родной мне тезис. Хотеть-то я хочу, но, видимо, недостаточно убедительно - та к что у нас с Эдуардом в этом смысле разные потенции.

- Вот тут о хобби упоминалось, - Хачатрян едва-едва заметно улыбается, - сейчас мое хобби - заработать много денег. Чтобы максимально быть полезным и себе, и людям. Тем, с кем дружишь, с кем приятельствуешь. Вообще - хорошим людям.

Ох, Эдуард, ах, возмутитель моего спокойствия. Вот взял и отправил в родной армянский поселок Шамлуг... самолет гуманитарной помощи - для детишек, стариков, инвалидов. Нам бы так. Хотим, конечно. Но, как видно, без особого усердия.

Хачатрян с истинно сыновней почтительностью относится к ничем не примечательному населенному пункту, не имеющему ровно никакого отношения к коммерции...

Обычное детство обычного мальчишки из армянского захолустья. Разве что, характер был. "В детсадик не ходил. Не нравилось мне. Сбежал".

И учился до шестого класса еле-еле. Потом взялся за ум - благо, было за что браться, - стал почти круглым отличником. Но... в восьмом - влюбился. И если бы по Сеньке шапка, а то удумал - в дочь директора школы! Семейные педсоветы были непреклонны. Чувству не дали вырасти. "Это сейчас порядки другие", - Эдуард в сердцах махнул рукой. Отправили в "ссылку", где окончил приборостроительный техникум. Служил в Германии. Отработал несколько месяцев на Армянской атомной станции, откуда был направлен на учебу в Од есский политех, затем перевелся в холодильный. Эдик учился не по учебникам. Работал в торговле, был поваром, научился отменно стряпать, готовил изумительные шашлыки близ популярной в одесском народе "Шаланды". Ах, какое ж это было время. Многообещающее.

Вставайте, граф, вас ждут великие дела! С этим сен-симоновским наставлением Хачатрян организует в 1988 г. кооператив "Радуга" и открывает первый в Одессе коммерческий ресторан "Кристина" (нынешний "Ева") - на пересечении улиц Свердлова и Розы Люксембург: где теперь Яков и "красная Роза", уступившая пальму первенства прародительнице всего (разумеется, прогрессивного) человечества?..

- Почему ресторан имени Печескаго? - задаю провокационный вопрос, поскольку это, наверное, единственная проблема, в которой разбираюсь лучше его владельцев.

Эдуард на провокацию не поддается:

- Да вы лучше меня знаете. Это было одно из самых популярных и авторитетных заведений старой Одессы. Мы даже получили комплиментарное письмо от внука этого самого Печескаго, проживающего в Аргентине.

Конечно. Это в самом деле знаменитое заведение, история которого превосходно описана постоянным автором нашего журнала Ростиславом Александровым в книге "Прогулки по литературной Одессе": здесь бывали Чехов, Станиславский, Паустовский, Бабель, Утесов и др угие знаменитости. А у предшественника Печескаго, Замбрини, - многие пушкинские знакомцы и даже, как свидетельствуют современники, полулегендарная "любовница Лермонтова" Адель Оммер-де-Гелль.

- Ну, а кто теперь среднестатистический посетитель "ресторации Печескаго"?

- Мы бы не взялись четко очертить социальный круг наших гостей, - говорят Эдуард и Самвел, - может быть, надо было сказать, что это представители среднего класса: если бы этот класс у нас существовал в принципе. Это могут быть представители интеллигенции - естественно, зарабатывающей, - юристы, врачи, музыканты, актеры и, кстати, журналисты. Это могут быть бизнесмены, политики.

Могу засвидетельствовать, что "у Печескаго" нередко появляются политики самого высокого уровня. Что уж говорить об актерах? Здешние сцены слышали раскатистый смех, тосты, здравицы Жванецкого и Кобзона, Джигарханяна и Панкратова-Черного, Моргунова и Гердта , Мишулина и Рудина, Боярского и Смехова. Всех не перечислить.

- Вообще-то в нашем ассортименте примерно 16 горячих блюд, - уточняет Хачатрян, - но пусть это не смущает наших потенциальных клиентов: мы готовы потрафить самым изысканным фантазиям гостей - пускай только растолкуют, какое блюдо они желают. Если же заказ будет сделан заблаговременно, мы гарантируем любую экзотику: слоновые уши, бивни мамонта, крылышко птеродактиля - кому что заблагорассудится. Продолжая славные традиции кондитерских Замбрини и Печескаго, готовы изготовить любой торт - по желанию заказчик а; у нас порядка 80 рецептов мороженого...

- А цены, - прибавляет Самвел, - с 1 ноября снижены на 50% против прежних. Пожелает посетитель "посидеть" на 20 гривень - пусть сделает одолжение. На 40 - пожалуйста. За столько же - одно блюдо, - тоже нет возражений.

- А культурная программа?..

С задорным огоньком в глазах Эдик Хачатрян повествует о том, как в свое время "пробивался" стриптиз. Тогда, в годы перестройки, никто еще толком не знал, где, у кого, "по чем" берется разрешение на это, так сказать, мероприятие. И снова "они были первыми" . Коль скоро никто ничего не ведает, решил Хачатрян, мы пока это дело закрутим, а там пускай разбираются ("Что? Мне больше всех надо?"). Так в Одессе появились не только первый коммерческий ресторан, но и первый (в масштабах тогдашнего СССР!) стриптиз.

Если же быть более серьезным, "У Печескаго" лучшая в городе ресторанная сцена - ее хвалят участники многочисленных шоу и популярные артисты. Разнообразие программ, дивертисментов, варьете. А уникальные шоу-балет?! В перспективе ресторан сделается клубом, городком развлечений.

Мы поговорили тепло и откровенно, подняли бокалы за процветание славного заведения, за Одессу и одесситов. Мы пили и ели с легким сердцем в этих стенах. Потому что знали: "Печеские" безвозмездно кормят не менее 150 малоимущих горожан, постоянно оказывают бескорыстную помощь многим и многим людям, попавшим в тяжелое положение. Так, наверное, и должно быть. Так и бывает в цивилизованном обществе, равно заботящемся о бизнесменах и потребителях. Так когда-нибудь должно быть и у нас.

Я люблю повторять, что люблю все подлинное: воздух и воду, цветы и бабочек, одежду и обувь, и еду. И людей люблю настоящих, подлинных. И желания - подлинные. Надо только по-настоящему желать помочь. Так, как это делает Эдик Хачатрян.

Олег ГУБАРЬ