Четыре года - путь к этому последнему в студенческой жизни испытанию-празднику.

ПРЕОБРАЖЕНИЯ ЧУДНЫЙ ТЕАТР

Так, перефразируя ахмадулинскую строку, можно назвать то захватывающее зрелище, которое с неизменным успехом, из года в год, вершится в конце июня и с академической торжественностью называется защитой дипломных работ театрального отделения в объединенном ныне художественно-театральном училище им.М. Грекова.

Оставим театроведам и социологам рассуждения о причинах нынешней пустынности в театральных залах, только не примем, не поверим одному толкованию - мол, упал интерес к театру. Ни за что не согласимся с этим, потому что вот оно, опровержение: в конце июня большой зал ТЮЗа был переполнен донельзя. Возможно, по такому аншлагу соскучились эти стены, хранящие память о лучших временах, - зрители, заполнившие все места, все проходы, их недовольное шиканье в сторону многочисленных фоторепортеров и операторов - словом, зал с восторгом, то с замирающей тишиной, то взрывом оваций участвовал в этой защите дипломов бутафорами, гримерами, костюмерами, превратившейся в подлинное театральное чудо.

И этот аншлаг, этот интерес зрителей - без навязчивой рекламы, без пригласительных билетов и даже без фуршета!

Но долог - четыре года - путь к этому последнему в студенческой жизни испытанию-празднику.

А начинается всё так буднично и незатейливо: иголки, наперстки, сантиметры, нитки, крючки, пуговицы, петли, уголки, швы, экзерсисы на швейной машинке в выведении безукоризненной строчки - как бесконечные гаммы за фортепьяно, стежок за стежком, мережки, вязание, вышивка, лен, бязь, мешковина, сукно, шелк, тюль, клей, краски, растворители, кисточки, фунтики, блестки, бисер, шнуры, тесьма ("когда б вы знали, из какого сора растут стихи..."), выкройки, лекала, моделирование современного платья, национальные костюмы , скучное название "технология обработки театральных тканей" или на училищном лексиконе просто - роспись тканей , но... остановимся, ведь мы приближаемся к чудесам театрального превращения, к чуду преображения. Ольга Павловна Канкава откроет вам такие тайны цвета, оттенков, нюансов, сочетаний, что, кажется, вы, как в восемнадцатом веке, сумеете отличить "цвет влюбленной блохи" от "цвета блохи, упавшей в обморок". Но волшебство на этом не кончается, и скоро эта никчемная бязь, и эта убогая мешковина будет преображаться в рытый венецианский бархат с золотным шитьем, и византийскую парчу, алтабас, а эта синтетическая ткань станет тончайшим египетским виссоном, о котором упоминает Библия! И простой тюль будет расписан так, что вы увидите, как "сыплется золото кружев с розоватых брабантских манжет"...

Слава Богу, что в наше время размашисто расплодившихся академиков сохранились и не увенчанные степенями и наградами подлинные Мастера (не будем при этом всуе поминать Булгакова!). Вот такой Мастер, Любовь Васильевна Егорова, щедро и уверенно откроет вам тайны кройки исторического театрального костюма, головных уборов, басонного искусства, украшений так, что потом уже ваш зритель услышит и увидит "шуршанье юбок, клетчатые пледы, ореховые рамы у зеркал, каренинской красою изумленных". И научит вас делать султаны, эгреты и те самые "перья страуса склоненные...", и цветы , и складки Ватто - да Боже мой, чему только не научит вас эта замечательная женщина, о которой с благодарностью вспоминают ее ученицы в разных уголках земного шара.

Есть разные способы постижения истории - классовая борьба, Жакерия, восстание чомпи, Пугачевщина, освободительные и завоевательные войны, а можно слышать шорох истории в королевских покоях и постигать ее по прическам фавориток мадам Севинье, ля Вальер или Фонтанж, можно сшить чепчик а ля Шарлотта Корде и внезапно услышать рев толпы на Гревской площади в Париже, восхищенной безукоризненностью работы орудия, изобретенного доктором Гильотеном...

За эти годы в училище вам придется, изучая историю театра, пережить все человеческие страсти, испытанные героями мировой драматургии - от Электры до Элизы Дулитл, от мадам Баттерфляй до М.Баттерфляй...

Вам придется погрузиться в тысячелетия, в столетия, чтобы в складках греческих хитонов обнаруживать сходство с благородством каннелюр классических колонн, в изысканности франко-бургундских мод - головокружительные химеры готических соборов, и понимать, почему девятнадцатый век - "век не салонов, а гостиных, не Рекамье, а просто дам", и профессионально всматриваться в портреты Гольбейна, Веласкеса, Брюллова, Тулуз-Лотрека или Ренуара, отмечая высоту талии или ширину плечевого пояса...

Словом, не перечислить всего, что вам придется освоить и усвоить за эти четыре года, но если, кроме усердия и терпения, природа наделила вас талантом, выдумкой, фантазией, любовью к театральным мистериям, то вам удастся создать то, что и станет вашим шедевром - в том первозданном, средневековом смысле слова - произведением, "главным делом", переводящим вас из подмастерий в мастера.

И вы сможете создать карнавальные танцевальные костюмы для хореографического ансамбля "Детство", как Таня Кузьменко, и костюмы для "Бал-маскарада" в оперном театре, как Лариса Толмачева и Таня Запорожан, и зал замрет в страхе перед Иваном Грозным, облаченным в царский орнат Викой Запорожец, и победительная мощь Петра I, и ослепительность века Екатерины и сиятельного князя Потемкина предстанут перед вами в костюмах, созданных Леной Великасовой, Ирой Тюнькиной и Ирой Редько, и с восхищением, как в детские годы, когда вы зачитывались Вальтером Скоттом, вы будете созерцать шотландский костюм Ани Бондарчук, и вновь захочется всплакнуть над судьбой несчастной шотландской королевы, любуясь костюмом Марии Стюарт, созданным Олей Желтомирской. И, словно выглянув из лесной чащи, хитросплетений корней, коряг, водорослей, приморочит вас Мавка в костюме Оксаны Гарькавой.

И явит вам себя египетская древность в костюмах фараона и Клеопатры, созданных Олей Павлюк и Флориной Чудновской, - в царственной лаконичности силуэтов и щедрости декора, напоминающих об абсолютной красоте геометрии египетских пирамид, пилонов, обелисков и пряной изысканности тяжелых цветов лотоса на гнущихся стеблях.

И наконец, плененная Лермонтовым и Врубелем, Лена Лесникова представит вам свой фантастический костюм Демона, в котором нет ничего от обветшалого птичьего оперения захудалых оперных штампов, костюм, предназначенный для современного авангардного театра, костюм, сам по себе - акция, спектакль, перформанс.

Начав с использования чужой строки, позволю себе и завершить это повествование перефразировкой известной платоновской максимы, применимой к каждому действующему лицу этого рассказа - "Без меня театр неполный".

Валентина ГОЛУБОВСКАЯ