Кому это, в самом деле мешало - жили в Одессе
замечательные люди с замечательными фамилиями: Скведеры и
Стифели, Гессены и Пастернаки, Леруа и Сикары, Маврокордато и
Родоканаки... Где они все? Вопрос, конечно, риторический...
Что касается помянутого Ф.Я.Скведера, то он, вопреки опоэтизированному эпигнозу, не поляк, не еврей и даже не немец, а швейцарец. Всего-навсего. В старой Одессе и ее округе швейцарцы занимали свое, далеко не последнее место. Широко известен знаменитый шабский виноградарь Тардан, одесский книготорговец Коллен, автор первого путеводителя по Крыму - Монтандон. Но наибольшую славу стяжали превосходные кондитеры.
Нашего Скведера звали Флориан Яковлевич. В год его рождения (1854) Южную Пальмиру безуспешно атаковал объединенный англо-французский флот, до чего младенцу Флорику не было дела не только по причине малолетства, но и потому, что на свет он появился довольно далеко от этих мест, в швейцарской глухомани.
Окончив реальное училище в Самодене, юный Флориан, едва ли вообще подозревавший тогда о самом факте существования города Одессы, посвятил себя изучению всех премудростей кондитерского искусства: пять лет трудился в одной из старейших берлинских кондитерских, а затем еще два года совершенствовал свое мастерство в Италии. Здесь он, очевидно, и прослышал о преуспевающем черноморском порте, куда и перебрался в 1877 г. и где занял пост управляющего в кондитерской своего соотечественника Я.Д.Фанкони.
Заведение Якова Доминиковича Фанкони, основанное пятью
годами ранее, конечно, не было еще так популярно, как
впоследствии. Однако уже в эти первые годы закалывался фундамент
его прочной репутации. Это объясняется тем, что Яков Фанкони
приехал в Одессу зрелым, многоопытным предпринимателем. Став
одесситом в возрасте Христа, он имел уже 16-летний стаж работы
по специальности в одной из солидных кондитерских Варшавы -
третьей столицы России. В Одессе пришлось конкурировать с людьми
не менее искушенными, цепкими, неутомимыми, изобретательными. В
их числе был и всегдашний сосед Фанкони - Робина, предлагавший
уже в самом начале 70-х гг. XIX ст. "большой выбор шоколада,
печенья, конфект и других кондитерских изделий". Тогда Робина
еще работал в паре с Монтье: их заведение располагалось сначала
на Ришельевской, а затем - на углу Екатерининской и Театрального
переулка, и лишь в 1892 г. кафе Робина возводилось там, где ныне
квартирует ресторан "Украина".
В 1873 г. в дело Я.Д.Фанкони вошел его брат, Доминик, а четыре года спустя основная нагрузка легла на Скведера. Завоевание клиентуры шло медленно, но верно. Изначально была избрана стратегическая задача привлечь, быть может, не только и не столько "чистую публику", сколько деловых людей "среднего звена" - биржевых маклеров, торговых представителей, судовладельцев, различных агентов, включая, между прочим, и тайных. Торговля живет информацией, слухами земля полнится. Если добиться синтеза, в кафе будут приходить в поисках информации, переваривая которую, потратятся также на кофе с пирожным или выпивку с закуской - кому что по душе.
Далее вся история приобретает несколько детективную окраску. Неожиданно, одна за другой, последовали две скоропостижные смерти: 39-летним ушел из жизни Яков Фанкони, ненадолго пережил его и брат, скончавшийся в 1883 г. Невольно возникают некие темные подозрения в отношении их партнера Скведера. Загвоздка состоит в том, что смерть братьев Фанкони не могла расчистить ему путь к единоначалию, ибо у покойных оставалось предостаточно наследников. И все же сомнения остаются: Ф.Я.Скведер сумел поставить дело так, что в 1890 г. полностью выкупил пай, принадлежавший этим наследникам.
Как бы то ни было, скроенное по европейскому фасону, кафе
становилось все более посещаемым и где-то элитарны. Все более
разнообразным становился ассортимент предлагаемых вкусностей:
чудесные конфеты в изящных коробках с фирменной атрибутивной,
драже, бисквиты, печенье, шоколад, мороженое и мороженые фрукты,
восточные сладости и т.п.
