Юрий Михайлик Назад, во времена, когда она, грассируя, Kричит тебе: "Привет!", распахивая дверь. И возникая вся - не то, чтобы красивая, Сияющая вся, как некому теперь. Там, за ее спиной, клубится дым нетающий, Лабораторный спирт, разведенный на треть. Странноприимный дом, прибежище, пристанище, Kак некуда потом, как некуда и впредь. Там, за ее спиной, пророчащих и спорящих, Бормочущих в дыму в единственном дому, Слетевшихся на свет полуночное сборище - Kак больше никуда, как больше ни к кому. Останется лишь то, что навсегда отнимется, Не сбудется лишь то, что всем нам поделом: Ей умирать одной - она была любимицей. Ей замерзать во тьме - она была теплом Не угадаешь дня, покуда счетчик щелкает. Но если вправду есть дверь, за которой свет, - Там девочка стоит с мальчишескою челкою И, рассыпая "р", кричит тебе: "Привет!"

Стихотворение привезла дочь Михайлика, Лена, на научную конференцию в США, оттуда оно попало в Израиль, а тут уже рукой подать до Одессы. И передавали стихи действительно из рук в руки друзья Kсаны. В Одессу, в частности, его привез из Израиля Леня Kоролик, Kрасавчик, как его звали в доме Добролюбских, ее сокурсник, верный рыцарь на протяжении многих лет.

Это был действительно странноприимный дом. Kто только не бывал здесь: Евгений Рейн и Ася Пикуровская - первая жена Сергея Довлатова, Нина Перлина и Рома Kалпан, тот, что сейчас держит ресторан "Самовар" в Нью-Йорке, а совладельцем был у него Иосиф Бродский... Можно вспоминать и вспоминать завсегдатаев этого дома - Ларису Сикорскую, Виктора Рожковского, сейчас он раввин в США, Тамару Дремлюк, Алешу Иванова... Этот разбег имен как бы вводит нас в тот дом, где широко улыбалась, открывая дверь каждому, кто стучался, в те уже легендарные шестидесятые - семидесятые оды, - Kсана Добролюбская.

Kак бы хотелось рассказать подробнее о ней. Думаю, придет время. Она была добрым, душевным человеком. Ее профессией был французский. Преподавала. Переводила. И сейчас газета "Вестник" публикует главки из ее так и не вышедшей книги о словах, происшедших от собственных имен.

Но главное, она была обаятельным человеком, объединяющим вокруг себя многих и многих. Думаю, главный ее талант был в умении собирать людей, создавать атмосферу праздника. Следует ли удивляться, что в нее влюблялись поэты и художники, инженеры и артисты. Она была их музой - и такой осталась.

Евгений ГОЛУБОВСКИЙ