ОБЩЕСТВЕННО ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА

N 47(314) ноябрь 27, 1998 год

Владимир ПАЛАТНИКОВ

Исследовательский центр,
12 часов 35 минут.

- Все-таки он себя ведет необычно, - директор Израильского центра генетических исследований профессор Рабинович как-то по-птичьи выгнул шею и искоса заглянул в кроватку. Его защищенные мощными линзами светло-карие, напоминающие своим выражением взор старой, больной, многократно рожавшей суки глаза на секунду встретились с взглядом маленького голого существа. Профессор вздрогнул и зажмурился - столько осмысленной холодной ярости и какого-то жалостливого презрения было в этих еще подернутых младенческой синевой сталисто-серебристых глазках.

- Да вглядитесь же... - призвал он своих коллег, - разве трехмесячный младенец может так смотреть?

- Бросьте, Рувим Изяславович, - вздохнула академик Петренко, - нормально смотрит, нормально себя ведет. Правда, не как трехмесячный, а годовалый. Очень ускоренное развитие. Но ведь и клонированные растения и животные растут и развиваются много быстрее, практически в два, а то и в три раза. Что, как вы знаете, дало огромный экономический эффект. Если б не клонирование, то наша страна в жизни не вышла из кризиса. А сейчас посмотрите: все магазины завалены продуктами, самый неквалифицированный работник за час зарабатывает на дневное питание для всей своей семьи. Да еще какое!

- Да, полный переворот мировой экономики, - желчно сказал представитель ЮНЕСКО доктор Джекоб Карлски, - напрасно мы вам не объявили войну. Тогда, в 2000-м, когда вы только приступили к исследованиям. Цифры побоялись, вот что обидно, цифры и священников своих. Фак и фак, и еще тысячу раз фак. Конец света, мол, наступит. А сейчас что? Тот же конец света, только в рассрочку. Мало того, что вы нарушили заповедь Господню "В поте лица своего будешь есть хлеб свой" - разорили, поставили на колени сотни миллионов человек... - он нервно затеребил полу халата, пытаясь дотянуться до кисета с табаком. Вспомнил, что здесь курить нельзя, и раздраженно ударил кулаком о ладонь левой руки. - Вы оживили, да-да, так оно и есть! Именно оживили давно умерших людей. Кто он? Кто этот монстр?! Сколько он проживет - десять, тридцать лет? Дай Бог, чтобы он оказался клиническим идиотом или хотя бы не был способен к воспроизведению, хотя я уверен, что будет. Вы были, есть и останетесь империей зла, вот что я вам скажу.

- Ну что вы, Джекоб, горячитесь, в самом-то деле. Империю зла вспомнили, оскорбляете, ужасы всякие... - академик Петренко рывком выбросила себя из кресла и двухметровой башней нависла над оппонентом. - А кто это все начал? Ножки Буша, гидропонные технологии, пятое-десятое, а? Наши мужики хрюш стародедовским способом выращивали, как раз хватало себе да горожанам. Впритык по самым верным медицинским нормам - не более 200 граммов в день животного белка. А вы там сами мясцом обжирались, да еще всему свету распродавали. Кроме нас. И когда победили, прикрыли... как вы выражаетесь, "империю зла", Союз наш нерушимый республик свободных, что сделали? Всю эту парашу на наш рынок и выкинули. Вам было можно. А когда мы сделали ответный ход, то все - мы губители человечества. Фермеры ваши без работы? А когда у нас все позакрывалось? Кстати, и по сей день многие отрасли восстановить не можем. Нам как было? К тому же это открытие ваш ученый сделал, нам осталось только разработать, усовершенствовать его методику.

- Мы объявили его вне закона! Мы собирались...

- Помню, помню. Казнить подлеца! На электростуле. Он и сбежал к нам. Кому ж охота так жизнь кончать. Между прочим, я не верю, что его скорая кончина была естественна. Ну признайтесь, Джекоб, ваше ЦРУ чего-то намутило? Здоровый мужик, еще шестидесяти не было, вечером бодр и весел, куча планов, даже с дамочкой сговаривался... А утром - покойник... Сердце остановилось! Да у него сердце призового скакуна было.

- Да вы сами его и уничтожили, я в этом полностью убежден. И зачем вы отвлекаетесь от темы? Я категорически настаиваю на прекращении эксперимента и предлагаю вообще свернуть все исследования по теме клонирования человека. Это опасно и аморально.

Петренко, набычившись, уставилась на Карлски, ее могучие мускулистые ладони хирурга сделали инстинктивное хватательно-удушающее движение.

- Коллеги, коллеги, ну оставьте эту бессмысленную свару, - горестным голосом сказал профессор Рабинович. - Сколько можно? Который день об одном и том же. Тем более, что это бессмысленно. Клонирование человека стало свершившимся фактом, и...

- Не бессмысленно! - заорал Джекоб. - Я еще раз от имени мирового сообщества настоятельно требую уничтожить этого монстра! Иначе будут приняты сверхжесткие меры воздействия. Вы думаете, что трехсотметровый слой скалистых пород...

- Пугаешь? Не пугай, не надо. Я уже боюсь и согласна. Уничтожай. Вот он. Подойди и уничтожь. Удуши. - Джекоб ошалело уставился на Петренко. - Что смотришь? Ну давай, подходи. Руками за глотку и...

"Блин! Это еще что за фокусы? Меня за глотку? Меня?! Какое вы имеете право?! Я... я... Спокойно, Толя, не паникуй. Этот не сможет. Сам не сможет. Мадам верно рассчитала, во-он как уставился! Краснеет, бледнеет, воздух, как сом на берегу, хватает, сейчас самого кондратий прихватит... А если решится?!! Я ж даже сопротивляться еще не могу, у меня ж даже зубы не прорезались... Что делать-то? Держись, Толя! Главное, не показывай виду, что все понимаешь. Играй свою роль младенца-переростка. Я ж актер! Я великий актер! А если все-таки? Тогда да, тогда придется заговорить... Но что я им скажу?"

- Нет, я так не могу, что вы, Вероника? Это негуманно, это не метод, - трудно сказал Джекоб и вытер мокрое лицо рукавом. - Я рад, что вы вняли доводам разума, и давайте обсудим, как провести этот акт максимально безболезненно. Все-таки живое существо. Я предлагаю укол морфина...

- Хрен тебе. Укол... Может, в кашку цианид подсыпать? Или в газовую камеру поместить? Не можешь - так пошел... расти малыш, - Петренко наклонилась над кроваткой, - расти сильным, умным. Впрочем, иначе ты и не можешь, ты ж не просто мальчик, а великий актер, народный артист Советского Союза Анатолий Таганов. Вот человечище был, правда, Рувимка? Я была в него влюблена со второго курса. Даже письма ему писала. Правда, не отправляла.

- Я тоже очень любил ходить на его спектакли. Знаете, у меня дома полная коллекция фильмов с его участием, - мученически скривив лицо, как-то по- овечьи проблеял Рабинович.

- Значит, это был розыгрыш? - возмущенно спросил Джекоб. - Вы не собирались уничтожать монстра? Так я хочу сообщить следующий факт: вчера вечером кто-то подкинул, положил на телефонный аппарат в моем номере книгу вашего соотечественника Михаила Булгакова. Небольшой такой пакетбук. И как вы думаете, что я прочитал? - "Собачье сердце", - одновременно сказали Петренко и Рабинович.

"Собачье сердце"? Не помню. Да, точно не читал. "Мастера" читал, "Белую гвардию", естественно, даже играл... Кого ж я играл? В шестьдесят втором я еще в театре Советской Армии... поручик Мышлаевский..."

- Именно. Хорошая, очень своевременная книга. С абсолютно верным финалом. Видите, даже ваши соотечественники, пусть в литературной, аллегоричной форме, но выражают свое возмущение вашим бесчеловечным экспериментом. Что вы улыбаетесь? Я не вижу в моих словах ничего смешного.

- Да вы знаете, когда Михаил Афанасьевич сей роман написал? В двадцать девятом году, может, даже раньше, не помню, - сообщил Рабинович. - И вообще, как тут можно сравнивать. Там, в этом фантастическом произведении... черт, не могу сформулировать... в общем, создали симбиоз мелкого пропойцы- уголовника и бродячей беспородной собаки. То есть попытались умножить минус на минус в целях получения плюса. Но, как известно, не все законы математики работают в генетике, вообще в биологии...

Исследовательский центр,
19 часов 40 минут.

Анатолий Таганов:

"Какая все-таки гадость этот протертый супчик. Эх, сейчас бы махнуть граммчиков пятьсот да под пельмешки! Скорее б подрасти. Моя Валентина их так готовила... руки золотые... интересно, она еще жива? Вряд ли. А может, и жива, баба крепкая и моложе меня на десять годков. Сколько ей сейчас? А Бог его знает, ведь непонятно, какой сейчас год. По всему, приблизительно, две тыщи седьмой. Может, восьмой. Значит, ей семьдесят семь. Вполне может быть живая. Какая встреча будет, если, конечно, состоится. Скажу ей: "Привет, старуха" - и на этот раз она ничего не сможет возразить. В первый раз за нашу жизнь. Жизнь! Давай сначала, Толя, сопоставим факты. Товарищи ученые, доценты с кандидатами, тебя оживили, это факт. Но не просто, а как в поговорке: "Мамочка, роди меня обратно". Роди! Это ж такой ужас - эти роды, даже месяцы высиживания в утробе и то... нудно только, так нудно, что действительно то головой, то ногами в стенки пузыря чертового колотишься. Смешно, из всего, что испытал в жизни... Чего только я не перевидал...

Поле было серое, мелкий октябрьский дождик тоже был серый, серыми были лица у нас, лежавших в серой грязи. Темно-серые мокрые мундиры охраны, даже кровь и то была... ну не серая, конечно, но бурая. Якро-алые языки овчарок. Сколько я там просидел? Почти неделю. Если б наши не разбомбили... Вот любопытно, что думали ребята, сидящие в ТБ, такие же лейтенантики, как я? Вероятно, что уничтожают предателей. До плена и я так рассуждал. Но все-таки молодцы, мы б там поздыхали с голодухи, многие уже с ума начали сходить. Оттуда я сбежал. А вот из нашего не получилось. Правда, и не пробовал. Но у тех, кто пробовал, не выходило. Сволочи, могли б сразу отправить - нет, сначала "поверили", только кубаря с петлиц срезали, и все дела. Зато через полтора года погоны со звездочками... Мне комбат их в госпиталь привез... А все мой язык, если б не язык, ничего б не было. Язык и водочка. Как выпью - несет меня на правду, и никакие лагеря в этот момент на ум не приходят. Не брякнул бы там, под Кенигсбергом, что Георгий Константинович не второй Суворов. Мол, есть принципиальная разница: тот "не числом, а уменьем", а этот - "плановое количество потерь". Да ладно, что я все плохое... сколько было интересного, веселого... а ощущение, то томительное ощущение восторга, ощущение, что ты Бог, когда сотни людей начинают верить в то, что ты говоришь. И ты переносишь эту массу интеллектов в... в начало века, в Древнюю Русь либо в заштатный городишко середины осьмнадцатого столетья и, тем не менее, вынуждаешь понять: НИЧЕГО НЕ МЕНЯЕТСЯ! Главное то, что сидит внутри вас во все века и времена, - и трусость во все века трусость, и рабство - вовсе не внешний фактор. Человек, не желающий быть рабом ни при каких обстоятельствах... Да ладно, не желающий. Что я сейчас - натуральный Раб. Не желаю, но раб. Я только три дня назад смог заговорить, вчера снова начал ходить. Да и то - два шага, и хлопаюсь на задницу. Но все равно, очень быстро расту. Значит, быстро умираю. Насколько я понял, в шесть лет мое развитие будет лет на восемнадцать, а к тридцати годкам, если доживу, глубокий старик. Но зато, я это чувствую, интеллект на порядок выше. Значит, можно успеть такое!!! И вообще, хорошая затея, ведь клонировать будут людей известных, значит, снова можно пообщаться с Володей Высоцким, Окуджавой, смотаться на шашлычок с Андрюшей. Их же тоже воскресят! Да мы мир переделаем!".

Рувим Рабинович:

"Ох, дурит меня мадам Петренко, чувствую, дурит, не может не дурить. А сделать ничего не могу. Как я мог купиться? И не только я, но и правительство, кнессет, что эти гои, эти врожденные антисемиты передадут нам технологию клонирования. Нас просто использовали, мы им передали, поставили такое оборудование, им самим его в жизни не сработать, лапы ведь из задницы произрастают. А они нам? Дырку от бублика. Ах! Ох! Нас включили в программу. Еврей и русич - братья на век! Ловушка. Обычная политическая игра. И они ее выкатали. США от нас отшатнулись, а эти арабские молодчики резко активизировались. Им же деваться некуда, они сразу просчитали, что с этого может получиться, какие у Израиля открываются возможности. Если б это было реальностью, если б... то через шесть лет у нас была б лучшая в мире, непобедимая армия. Ведь можно было б отобрать лучших спецназовцев, летчиков, компьютерщиков. И - на поток. Эх, да что говорить, снова наш еврейский боженька посылает избранному народу новое испытание. Но как я мог поверить? Я ж Веронику с первого курса знаю, уже тогда она была лживая, амбициозная стервоза. Любила выспросить, влезть в душу и вложить руководству. Комсорг курса, что еще нужно говорить?"

Джекоб Карлски:

"А ведь я мог его убить! В двух метрах стоял. Прыгнул бы, ударил всем весом. Он же еще младенец, много ли ему надо. Именно, что младенец. Не могу. Тем более, уверен, этот не единственный. Им было выгодно, если я это сделал. Все ж снимается. А потом телепередача на весь мир. Американец-детоубийца! Именно для этого они подпустили к этому... даже не знаю, как назвать... объекту. Великий актер, добрейший и обаятельнейший человек. ДА! Был. Рейган восторгался. Тоже правда. Но ведь это не он! Как они не понимают: это монстр. Не может не быть монстром, именно так Бог и Природа должна отомстить за попытку подмены. Ну и что, что при помощи клонирования им удается снимать три урожая в год, что мясо стоит копейки, что они завалили Африку, Азию своей сверхдешевой продукцией, решили проблему голода. ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! Наш президент принял единственно правильное решение, закрыв границы для подобной продукции. Ведь то, что ни одна экспертиза пока не обнаружила никаких отклонений в качестве, ничего не значит. Я стопроцентно уверен: это дьявольская ловушка..."

Анатолий Таганов:

"Нет! Я против! Это ж... это ж все, капец человечеству. На хрена жалеть кого-то, даже не личность - страну, если все вроде восстановимо. Даже лучше, ведь мозги лучше шурупят. Шурупят-то шурупят, но ведь спешить надо, срок слишком короток. А спешка, она только при ловле блох полезна. Все-таки я молодец, правильно делаю, что притворяюсь младенцем. Но ведь долго не выдержу. Как курить хочется! Черт, ведь все было нормально, даже не вспоминал о сигаретах, так принесла нелегкая этого америкоса. Весь табаком провонялся. Представляю, как я буду смотреться с сигаретой в беззубом ротике и в ползунках. А если бабу захочется? Впрочем, еще года три, в лучшем случае, мне с бабой делать нечего. А если захочется? Рукоблудием заниматься? Мне? Да я глазом мог повести - и сотни, тысячи самых что ни на есть красоток пошли б за мной куда угодно. Ведь я Таганов. И поводил, чего греха таить. Да и вообще, зачем мне это нужно? Кто меня спросил, хочу ли? Какое имели право?! Правда, и папа с мамой меня особо не спрашивали, сами решили. Нет, это совсем другое. Но что делать? Какое принять решение? Это же чума, страшнее чумы, роботизация какая-то. И вообще, почему я должен занять место своего внука? Пусть не внука, правнука. Либо кого другого? Скажи мне в молодости: тебя не будет, зато будет Кин, вот только Кин. В каждом театре. Да даже я сам в каждом театре? Ужас какой! Ведь именно так и будет. Так что делать? Что я могу сделать сейчас? Нужно подождать, набраться силенок... НЕТ!!! Тогда тем более не сможешь, привыкнешь, ведь тогда, кроме кайфа самого существования, появятся тысячи других кайфов. Меня просто купят. Но меня никогда не могли купить, я гордился этим. Даже в лагере, ведь предлагали... "Кум" просчитал, понял... именно он и объяснил мне, что я актер. Но я отказался. Ладно, хватит воспоминаний. Что сейчас делать? Себя кончить? Ох, как же это, ведь грех смертный. Стоп. Какой грех? Что ты отговорки ищешь, парень? Во-первых, никогда не был религиозен, во-вторых, это не самоуйбиство, я ведь искусственный, как... как Христос. Получается, его тоже клонировали. Вот и разгадка феноменальных способностей. Не надо отвлекаться, нужно придумать, срочно придумать, как я это сделаю. Может, не стоит? Такой шикарный шанс? Да, поживу. Тем более, что побывав Там, четко знаю: ничего там хорошего нет. Правда, и плохого тоже. Ладно, просто ради хохмы, подумаю, как я это смогу. Чисто теоретически. Ведь застрелиться не из чего, повеситься не успею - все под контролем. Утопиться во время купания - откачают. Все. Значит, живу! Правда, есть один метод, читал когда-то... остановить дыхание. Правда, там было написано, что нужна нечеловеческая сила воли и очень весомая мотивация. Хм... Сила воли у меня должна быть нечеловеческая, я ведь того..."

Из доклада академика Петренко президенту республики:

"К сожалению, из заложенной серии клонов - академик Царевич, писатель Вихров, летчик Картазубов, актер Таганов, маршал Гуков и параллельный вариант - живущий сотрудник СОБР капитан Лихневич - не выжил никто. Клоны погибали в возрасте от 95 до 110 суток. Причиной гибели является явление асфиксии (удушья). Но пока неясен механизм этого явления. Никаких физиологических предпосылок пока не обнаружено... Единственно успешно развивающимся клоном, уже перешагнувшим возраст в 476 суток, является клон Л. П. Берия. Ребенок полностью здоров, очень жизнеспособен. По своему физиологическому, физическому и психическому развитию соответствует мальчику шести-семи лет... Соответственно с вашими указаниями заложена новая серия клонов из членов вашей семьи и вас лично. Также готовится серия...".

ОБЩЕСТВЕННО ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА

N 47(314) ноябрь 27, 1998 год